«Снимаю шляпу! Вместо того чтобы скандалить и продавливать, он повернулся и ушел»: Никита Высоцкий выразил сожаление в связи с отставкой Константина Богомолова

По мнению артиста, найти такую же значимую личность будет очень сложно

Выпускник Школы-студии МХАТ Никита Высоцкий высказался по поводу скандала вокруг Константина Богомолова. В январе этого года худрук Театра на Малой Бронной и Театра-сцены «Мельников» стал исполнять обязанности ее ректора. Но общественность оказалась резко против, и он ушел в отставку.

Хотя, по мнению Высоцкого, был действительно достоин. Почему он так считает и кого еще он мог бы предложить на эту должность?

— Мы знаем, что и ваш отец Владимир Семенович Высоцкий, и вы были выпускниками этой школы, и вам небезразлично. Как вы смотрите на всю эту ситуацию?

— Ну, во-первых, я бы не ликовал и не праздновал, что «вот как хорошо и Богомолова там больше нет!» Он — человек яркий, талантливый, и найти фигуру не просто медийную, а значимую... Значимую не меньше, чем он... Найти фигуру его уровня — это очень сложная задача! Да и не знаю, нужно ли?

Но когда я слышу, что называется фамилия Безрукова или кого-то еще, я, честно говоря, в недоумении. Безусловно, они действующие актеры и умеют работать на износ. Но ректорство — это совсем другое. Ректорство — это умение держать баланс: между старым и новым, между искусством и идеологией, между молодостью и ответственностью.

Это не тот, кто лучше всех играет!

Так получилось, что когда-то ректором Школы-студии стал Олег Табаков. И как к этому ни относись, он был еще и потрясающим артистом. На тот момент у него был свой театр. Но он согласился и при этом вел свой курс. Бывает. Но это совершенно необязательно.

— А что главное?

— Самое главное — найти фигуру, которая не просто устроит студентов, педагогов или театральную общественность, а человека, который сможет управлять таким непростым организмом и сумеет наладить учебный процесс так, чтобы это было и без Дома отдыха, и без перегрузок.

Кто это сможет — я не знаю. Но правильнее, чтобы это был тот, кто здесь уже работал. Например, Сергей Земцов.

Земцов там 35 лет. Он был деканом и близким другом Игоря Золотовицкого — мне кажется, что это разумно.

Или — Марина Брусникина. Этот человек должен быть из тех, кто и сам из этой школы и отдал ей свою жизнь!

Необязательно быть эффектным фронтменом. Хоть Богомолов это и эффектно. Вспомнить Вениамина Радомысленского... Он не давал тысяч интервью, но был идеальным ректором. Он умел чувствовать и знал, что одно лишнее движение — и можно все сломать.

— А если выбирать из тех, кому сейчас прочат этот пост? Про Безрукова мы поняли.

— Не мне выбирать, но, на мой взгляд, найти не менее значимую фигуру, чем Богомолов, это...

Не знаю! Может быть. Я хорошо отношусь и к Сергею, и к Дмитрию (Певцову). Но ректорство — это совсем другое. Это не умение реализовать себя. Актерское ли, режиссерское или даже продюсерское. А умение сделать так, чтобы это получилось у других. Не у студентов, а у людей, которые их учат.

Я помню, что в мое время преподавателям платили очень мало, но не было ни одного артиста, который бы сказал: «Вы знаете, я не пойду». Ефремову достаточно было кивнуть — и шел Бурков, шел Мягков, шел Попов. Лучшие актеры того времени шли и преподавали!

Ректор — это как дирижер, это очень трудная должность. И Богомолов понял, что в сложившихся обстоятельствах ему будет непросто. Я снимаю перед ним шляпу! Вместо того чтобы скандалить, оскорблять или кого-то продавливать, он просто повернулся и ушел.

Понятно, что некоторые сейчас плюют ему в спину и злорадствуют. Говорят: «Это мы его ушли! Вот какие мы могучие и сильные! Заплевали его и закидали дерьмом, и поэтому он испугался».

Но он не испугался. Он просто понял, что это не для него.

— Богомолову часто припоминают прошлое. Например, его провокационные спектакли и то, как он выходил голым. Или это уже не имеет значения?

— Мейерхольда тоже высмеивали. И вы знаете, где он закончил (в 1939 году Всеволод Мейерхольд был осужден по статье 58 Уголовного кодекса РСФСР и расстрелян. — Примеч. Daily Storm).

А все эти оценки, что кто-то там шокирован... Их не надо подшивать. Я не считаю, что он мой любимый режиссер, но он абсолютно цельный человек, и то, что он делает, — я это понимаю.

Это можно не принимать. И это другой вопрос! Но когда люди не были ни на одном спектакле, но обсуждают, как какая-то женщина выбежала из зала со слезами на глазах, и заявляют: «Да его надо сжечь в печке!» — все это очень некорректно.

Он — режиссер. Он абсолютно сложившаяся личность. Да, он может не нравиться. Может! Я знаю людей, которые оскорбляли очень важного для меня человека. Это Роман Виктюк. Какими словами они его только не называли! Но от этого Виктюк не перестал быть Виктюком.

Вот так и с Богомоловым. Но он отказался, он ушел.

Не знаю, кто будет искать кандидатов. Может быть, Минкульт. Может, с кем-то посоветуются. Меня, конечно, вряд ли спросят. Но если бы спросили — я бы сказал: или Земцов, или Брусникина.